Бизнес-план счастья  - Людмила Мартова

— Двенадцать.

— Господи, да нас же распнут за эти деньги! — простонала Вера. — Чем только Гололобов думал! А вы-то что молчали, Ирина Геннадьевна?

— Так я ж думала, что шеф по итогу в курсе. — Бухгалтерша сердито поджала тонкие губы, из-за чего они и вовсе превратились в одну огненно-красную ниточку. Она предпочитала именно яркие помады, которые ей совсем не шли. — Откуда мне было знать, что Гололобов, когда деньги пришли, ему не признался, а на свой страх и риск все провернул? Когда он за старшего остается, я все его распоряжения воспринимаю как указания к действию. И это тоже.

— И это тоже! — передразнила ее Вера. — Господи, как просто открывался ларчик! Мы с шефом голову сломали, что именно у нас надо налоговой, а теперь еще и этой комиссии. Неспроста Гололобов так нервничал. Надо было сразу понять, что это у него рыло в пуху. Так, надо срочно предупредить Молчанского. Хотя нет, не получится. Он же в полиции.

— Как ты думаешь, когда его арестуют? — Бухгалтерша придвинулась ближе, навалилась на стол пышной грудью, юбки снова зашуршали.

— За что его арестовывать?

— Так за убийство этой его крали! Господи, не мог ее удавить где-нибудь в другом месте, а то теперь в офис заходить страшно. — Она передернула плечами.

— Ирина Геннадьевна, не говорите глупостей. Никого Молчанский не убивал. У него, если хотите знать, алиби. И именно поэтому полиция не имеет к нему никаких вопросов.

Тут Вера, конечно, слегка кривила душой. Вопросов к ее шефу у полиции как раз было хоть отбавляй. Конечно, сам он Катерину не душил, это даже не обсуждается, но вот заказать кому-то избавить его от надоедливой любовницы вполне мог. И эта версия сейчас рассматривалась полицией как основная. Вместе с другими, конечно. Катерину Горелову мог убить кто-то из сотрудников «М — софта». Она могла стать случайной жертвой грабителя, забравшегося вечером в пустой, как он думал, офис. Ну и инопланетян тоже не надо списывать со счетов.

В этом месте своих логических умозаключений Вера чертыхнулась про себя и вспомнила, как утром, за завтраком, ее мама на полном серьезе сказала:

— Верушка, ты бы посоветовала своему шефу сходить в церковь.

— Зачем?

— Он где-то очень сильно нагрешил. Посуди сама. Жена от него ушла, дочь с ним не разговаривает, сын в больнице, машину взорвали, на работе проблемы, а тут еще и убийство. Повиниться ему надо перед Богом, Верушка. Покаяться. Глядишь, и простит его Всевышний.

— Мама, что ты говоришь? Ты же просвещенный человек! — возопила Вера. — Какие грехи? Какое покаяние? За что? Да он работает, как вол, и зарплату платит пятистам человекам, очень приличную, кстати, зарплату, мама. Ну любовница у него, да. Так кто без греха?

— Никто. — Мама вздохнула. — Ты знаешь, Верушка, у меня ведь вся душа изболелась, пока ты была с Валерой. Ведь он тоже женатый человек. Грех это. Грех.

— Странно, что ты молчала, — язвительно заметила Вера. — Что ж, теперь я поняла, что мои служебные неприятности — это расплата за роман с женатым мужиком. Можешь успокоиться, мама, я с ним порвала, и его семейному благополучию ничего не угрожает.

Тут она вспомнила, что Валера ей звонил. На телефоне было три непринятых звонка, но разговаривать с отправленным в отставку любовником ей было некогда, да и не хотелось.

— Ну и хорошо, и славно, — сказала мама. — А Молчанский твой все-таки где-то крепко нагрешил, очень крепко. И поверь мне, доченька, без покаяния не отступится от него вселенная. Нет, не отступится.

Хаосу в маминой голове Вера утром подивилась, а сейчас сама рассуждала про инопланетян. Пусть и не всерьез, но все-таки.

— Ты чего замолчала? — с подозрением спросила ее Ирина Геннадьевна. — Поди, работу менять надумала? Вот помяни мое слово, как ты отсюда сбежишь, так тут все и рухнет окончательно.

— Да не собираюсь я никуда сбегать, — с досадой сказала Вера, — я же не крыса. И «М — софт» — не тонущий корабль. Разрешится все. Рано или поздно.

— Да-да, пассажиры «Титаника» тоже так думали. Но нет спасения от айсберга, Верочка. Он большой, ледяной, прет напролом и особенно опасен тем, что его подводная часть невидима. Если ты понимаешь, о чем я.

Ответить Вера не успела, потому что телефон у нее в кармане зазвонил и припадочно затрясся. В одночасье снова стало нечем дышать, потому что в последнее время Вера не ждала от внезапных телефонных звонков ничего хорошего. На экране высвечивался совершенно незнакомый номер. Журналисты, что ли? В том, что они налетят, как коршуны, можно было даже не сомневаться. Надо, пожалуй, сделать первый шаг и самой позвонить Инне Полянской, более известной под псевдонимом Перцева, ведущему журналисту областной газеты «Курьер».

С Инной у Веры давно сложились прочные деловые отношения, основанные на взаимном уважении. Если пообещать Перцевой эксклюзив, то она обскачет всех конкурентов, но сохранит репутацию фирмы. Да и выклевывать из Молчанского печень не станет.

Телефон продолжал звонить, Вера вздрогнула, вынырнула из своих дум, понимая, что бухгалтерша смотрит на нее если и не с осуждением, то точно с любопытством, нажала на кнопку.

— Алло.

— Здравствуйте, Вера.

Голос в трубке был смутно знакомым, но как Вера ни силилась, не могла вспомнить, кто это.

— Вы меня не узнаете?

— Нет, простите.

— Это Дмитрий. Мы с вами позавчера познакомились на даче у Паши. Крылов моя фамилия. Я его сосед.

Точно. Дмитрий Крылов, сосед Молчанского, который прибежал на звук взрыва и вместе с ней осматривал дом. Странно, она вроде не оставляла ему своего номера телефона.

— Мне ваш номер в приемной Пашкиной дали, — словно в ответ на ее мысли жизнерадостно возвестил голос. — Вы извините, что я вам так звоню, без разрешения. И секретаря не ругайте, если мне нужно, я умею быть очень убедительным.

— Мой номер не является секретом, — сообщила Вера любезно. — Общение с большим количеством людей является одной из составных частей моей работы. Вы зачем звоните, Дмитрий Андреевич? Что-то случилось на даче?

— Нет, насколько я знаю. Правда, я не проверял, — с готовностью доложил голос. — А звоню я вам, чтобы предложить встретиться. Могу я вас пригласить поужинать?

Сказать, что Вера удивилась, это ничего не сказать. Она даже отнесла трубку от уха и зачем-то посмотрела на экран, хотя ничего, кроме номера, на нем, разумеется, не было.

— Алло, — задорно звучало из трубки. — Вера, вы куда-то пропали, так вы согласны или нет?

— Да я, в общем-то, не против, — сказала Вера. — Вот только я не знаю свои рабочие планы. У нас тут, видите ли, все довольно непросто. Вы в какой день хотите поужинать?

— Если честно, я ужинаю каждый день. — Дмитрий Крылов весело рассмеялся, словно сказал что-то очень смешное. — Если вы не против, давайте поужинаем сегодня.